С приближением Дня своего рождения столица становится ярче. Газоны расцвечивают замысловатые узоры из петуний, огоньками вспыхивают венчики тюльпанов, красуются аристократичные ирисы… «Наверняка у коммунальщиков горячая пора, — размышляю я, любуясь пейзажами, по пути в Дом печати. —
А почему бы мне как журналисту не окунуться в будни рабочих зеленого строительства? Заодно родной Уфе подарок в виде собственноручно обихоженной клумбы преподнесу…» Примерить профессию горзеленхозовца казалось плевым делом — если в детстве приходилось сажать картошку, с цветами уж как-нибудь разберусь…
Медлить не стала. Приступить к обязанностям решила в минувшую среду. В восемь утра созвонилась с начальником участка №1 Ильдаром Абдюковым.
— Через час в парке имени Ленина. Не опаздывайте, до обеда и так всего ничего.
Впрочем, строгость была напускной: Ильдар Галинурович определенно принял меня за кабинетную неженку и расщедрился на поблажку. У настоящего-то горзеленхозовца первая смена стартует в шесть!
Короче, выбегаю из дома. Навстречу мне — морось, насупившиеся тучи. Чувствую, погода эксперимент усложнит. Однако Раушания Валиахметова, наставник, дружелюбно встретившая меня у клумбы, заверяет: трудиться в такую серость самое оно. Сеанс «душа» при посадке цветов полезен — болеют меньше. Да и почва при подготовке податливее.
«…Почва. Точно! Ее же перед оформлением вскапывают. Видимо, с этого и начнем», — мелькнуло в голове при взгляде на лопату и лысый кусок земли рядом с порослью альпийских ромашек: «Итак, приступим-с…»
— Не голыми же руками, — перехватила на полпути Раушания Халиулловна. — Надеваем резиновые перчатки, чтобы не замерзнуть — свитер. Держите необходимый предмет одежды, — протягивает зеленый жилет.
Ну, вот я и рабочий зеленого строительства. Беру инструмент, вонзаю лезвие в грунт — хорошо пошло…
— Лоток — по самый черенок, а не наполовину, — подстегнула замечанием наставница. Столь неэффективная пылкость ее даже смутила.
Да легко!.. Легко?.. Со всех сил вдавливаю лопату ногой и опрокидываю скипевшийся черный шмат. А Раушания Валиахметова тем временем приговаривает:
— Земелька здесь сравнительно неплохая, еще и подмякла от мороси.
Верю, вижу. Почти не сомневаюсь…
Раз — второй кусок, третий, пятый. В нос ударил насыщенный аромат влажного грунта, резаной зелени. Настроение поднимается. Делаю все, как объяснила Раушания Халиулловна: вытягиваю из разбитой почвы сорняки, в сторону складываю найденные луковицы многолетних тюльпанов — скоро пригодятся. Спустя пару минут к нашей команде присоединяется и другой зеленый строитель, Елена Мельникова. Вскопанную поверхность разравнивает граблями — красота!
Конечно, за спецами еле поспеваю. Но что им мой «подвиг»? Попробуйте-ка в темпе засадить семьюдесятью петуниями каждый квадратный метр, когда план исчисляется гектарами. Не график — автомат! А тут перебои в виде журналиста, еще и не в лучшей физической форме… Ну, правда, формой на досуге заняться бы не мешало. Пыхчу всего час, а чувствую мышцы, о которых и не подозревала. Кстати, по словам наставницы, подтянутая фигура — бонус профессии.
— Новенькая в течение полугода десять кило скинула, — отмечает она.
Впрочем, наверняка счастливице помогли комары. Настырные гады в мокрую погоду просто распоясались. Слава Богу, хлынул дождь. Спрятались под ель — вот и вторая поблажка…
Вообще зеленые строители на капризы погоды не реагируют. Пользуются дождевиками, есть короткий и до пят. Саму спецовку горзеленхозовцам выдают раз в шесть месяцев, раз в год — резиновые сапоги. Стирают форму работники самостоятельно. Спрашиваю, как часто?
— Сегодня точно без стирки не обойтись, — с улыбкой осматривает мой зеленый «прикид» Раушания Валиахметова.
Ужасно неудобно. За опрятность — «двойка». И кроссовки вместо резиновых сапог надела явно не от большого ума.
— Кто ж в такой обуви в сырую землю лезет? — неодобрительно качает головой зеленый эксперт.
К концу эксперимента грязью и шнурки заплыли.
…Во время передышки разговорились. Выяснилось, что во всем парке имени Гафури трудятся шестнадцать человек, руководит ими замечательный мастер Зиля Ханнанова. Кстати, она и «сочиняет» эскизы будущих клумб, утверждает их начальство.
Интересуюсь, смогла бы я работать в Горзеленхозе. Кивают одобрительно, но добавляют: порой приходят люди, не знающие даже, как лопата выглядит. Считают ли они обязанности ерундовыми либо стучат во все двери от безвыходности, сдаваясь под натиском экономического кризиса, — неизвестно. Однако руководство кого попало не берет. Мотивы, способности, склад характера выясняют на собеседовании. К примеру, дуэт, который мне помогал, иного занятия для себя не представляет в принципе.
— Родом из Благоварского района, село Языково. Изначально сюда устроились вместе с мужем, чтобы получить комнату в общежитии — дочке тогда было три года, — рассказывает Раушания Халиулловна. — Жилье выделили. Со временем супруг выбрал другую стезю, стал строителем. А я уже тринадцать лет как строитель зеленый… Однажды уволилась, ушла в бистро кассиром — пулей вернулась обратно. Оказалось, стены словно давят на меня. Необходим воздух, простор. Думаю, это действительно мое.
Работа сдельная, смены в субботу и воскресенье оплачиваются в двойном размере.
— Поэтому горзеленовцы иногда «пашут» без выходных. Праздники — вообще отдельная тема, — отмахивается Раушания Халиулловна.
Дни, посвященные патриотическим торжествам, впрочем, как и любые поводы для народного гулянья, у рабочих зеленого строительства ассоциируются исключительно с огромными грудами мусора и убитыми газонами. В такие «будни» коллектив переходит на график в три смены — утром, днем и ночью! Даже резиновые перчатки персоналу выдают именно по праздникам. Девушки шутят, что для полноты впечатлений профессию мне стоило менять после Дня города, наутро.
…Дождик поутих. Часок-другой выматывающих махов лопатой, и наконец приступаем к самому интересному, цветочному этапу. Мужчины приносят паллеты с саженцами петуний.
— По краям клумбы будут белые, внутри — розовые, — уточняет наставница… Бодрая, словно только проснулась.
Девушки высыпают на землю содержимое поддонов. Присев на корточки, беру земляной комочек, опутанный корневой «паутинкой». Он тут же рассыпается, и в руках остается беззащитный бутон, едва оперенный мягкими листочками. Куда тебя, малыш?
Раушания Валиахметова учит отмерять интервалы между лунками, вытягивая средний и большой пальцы, определять подходящую глубину ямки. Следуя указаниям, устраиваю крохотный «домик» и бережно опускаю в него малютку. Присыпаю у основания стебелька, уплотняю, а сердце от беспокойства так и трепещет: как бы не повредить, не примять — работа ювелирная.
Признаюсь честно, продержалась я недолго: подвели неопытность, боль в мышцах от непривычной позы, отсутствие спрея от комаров. И все же теперь, наведываясь в парк имени Гафури, могу смело заявить: клумба — моих рук дело. Моих!
…Сложно представить, но для горзеленхозовцев испытанные мной физические нагрузки — отнюдь не эксперимент. В этом их жизнь.
— А как хочется украсить газоны, если люди благодарят. Редкое, но искреннее спасибо, и ты готов горы свернуть, — уверяют напарницы. — Страшно обидно, когда цветы воруют. Варварству не удивляемся давно, однако привыкнуть к нему нереально.
Только в нынешнем сезоне из полутора миллионов саженцев нечистые на руку уфимцы украли шестьдесят шесть тысяч. Прошлогодние показатели эти цифры превышают в разы! Растаскивают по садам-огородам, припасают для продажи. Не забывают и про тяжеловесные чугунные урны, новые скамейки.
Чаще уважаемые граждане действуют ночью.
— А бывает, внаглую днем, — сетует Раушания Халиулловна. — Пристыдишь, а бабуля с грудью колесом выдаст: «Что тут плохого?» Такую поймают разок-другой, старушка засылает за букетом бомжа — не примелькался. Тот на воровство соглашается за еду. Задержат, взять с него нечего.
По словам зеленых строителей, за столь «невинные» проступки народ не штрафуют. Между тем за вандализм, а именно так это и называется, полагается или штраф до сорока тысяч рублей, или обязательные работы на срок до трехсот шестидесяти часов, или исправительные работы до года, или арест до трех месяцев.
Конечно, к каждой клумбе полицейского не приставишь. Может, настало время горожанам самим протрезветь. Поработайте-ка зеленым строителем с денек — авось и получится…
